Удаленная работа показала, насколько много в "работе" театра. Удаленная работа не убила продуктивность. Она убила показную занятость. Офис — это не просто место, где происходит работа. Это сцена, на которой работа исполняется. Когда все находятся в одном здании, можно перепутать видимость с ценностью. Можно наградить человека, который выглядит занятым, уверенно говорит на встречах, мгновенно отвечает, задерживается и всегда "доступен". Ничто из этого не гарантирует результатов. Это просто гарантирует наличие аудитории. Удаленная работа убрала аудиторию. Вдруг результат стал важнее, чем поза. Работу стало труднее подделать, потому что никто не мог видеть, как ты "стараешься". И именно поэтому так много менеджеров впали в панику. Не потому, что команды перестали выполнять задачи, а потому что их основной инструмент пропал: наблюдение, замаскированное под культуру. Шокирующее количество офисной жизни — это ритуал. Статусные встречи, которые могли бы быть электронной почтой. Слайды, созданные для оправдания слайдов. Проекты, созданные для создания проектов. Люди, застрявшие в цикле координации по поводу координации. Это кажется продуктивностью, потому что заполняет календарь. Но в основном это менеджмент, доказывающий, что он заслуживает существования. Когда ритуалы исчезают, ты обнаруживаешь, что такое работа на самом деле: сосредоточенное время, четкие приоритеты и достаточно автономии, чтобы делать дело без постоянных прерываний. И вот неудобный финал: некоторые роли оказались чистым театром. Если ваша работа зависит от того, чтобы вас физически видели, чтобы она казалась реальной, возможно, работа не была реальной. Удаленная работа не сломала работу. Она ее раскрыла. Так что настоящая дискуссия не о "удаленной работе против офиса". Она заключается в следующем: хотим ли мы системы, которые вознаграждают результаты, или системы, которые вознаграждают послушание и видимость. Потому что принуждение людей вернуться в офис для "исправления культуры" часто просто означает восстановление сцены.